Мирт Виссак, ведущий специалист (RaRa)
С политической манипуляцией прежде всего ассоциируются промывание мозгов, нацистская Германия и «1984» Джорджа Оруэлла. Согласно распространённому представлению, манипуляция в политике действует через насильственное подчинение способности людей мыслить: мышление рационально, а манипуляция — это попытка заглушить голос разума. Однако в недавно вышедшей книге «Captive minds: a study of manipulation» («Порабощённый разум: исследование манипуляции», 2026) Авишай Маргалит и Ассаф Шарон занимают противоположную позицию: манипуляция действует не вопреки разуму, а именно с его помощью, используя его слабости.
Незаметное применение власти
Авторы книги сосредоточены на политической манипуляции и оставляют в стороне вопрос о том, как манипуляция может действовать в частной жизни человека. Однако суть манипуляции в обоих случаях, по-видимому, одна и та же: это попытка установить контроль над другим человеком и подчинить его волю своей, скрывая при этом свои истинные намерения. Таким образом, манипуляция, как и политика, связана прежде всего с вопросом власти.
В политике заставить кого-то действовать по своей воле можно физически или психологически — например, угрожая насилием или манипулируя. Если угроза насилием — очевидный способ контролировать поведение другого человека, то манипуляция — это так называемое мягкое, зачастую незаметное применение власти, которое действует исподволь, обольщая и одурманивая свою мишень. Это захват воли человека, при котором у жертвы остаётся обманчивое впечатление свободы выбора.
Поскольку манипуляция действует через захват естественных склонностей человеческого мышления, либеральная демократия, основанная на общественном мнении как выражении власти народа, особенно уязвима для манипуляции.
Манипуляцию часто используют именно тогда, когда открытое применение силы исключено. Поэтому исторически её связывали (и нередко безосновательно) с маргинализированными группами общества, которые не могут прибегнуть к прямой силе, — вспомним хотя бы архетип роковой женщины. Это означает, что манипуляция может действовать не только сверху вниз, от правителя к народу, но и снизу вверх. Типичный пример — фигура серого кардинала, закулисного кукловода, который лестью и намёками направляет решения правителя. Именно лесть — та форма манипуляции, которая позволяет слабому получить контроль над более сильным.
Злоупотребление разумом
Авторы подчёркивают, что манипуляция удаётся за счёт злоупотребления естественными склонностями человеческого мышления. Это возможно потому, что когнитивные способности человека, такие как мышление, невозможно отделить от мотивации — предпочтения удовольствия дискомфорту. Излюбленный пример авторов — рационализация, то есть склонность искать обоснования, чтобы держаться за свои убеждения, вместо того чтобы пересматривать их в свете новых обстоятельств.
Что происходит, например, с сектой, ожидающей конца света, если предсказанный конец света в назначенный срок так и не наступает? Авторы ссылаются на знаменитое исследование социального психолога Леона Фестингера о том, как после несбывшегося пророчества численность одной такой секты не сократилась, а, напротив, выросла: её члены поверили объяснениям лидера, что не прилетевшие инопланетяне просто дали Земле второй шанс. Лидеру удалось убедить последователей, потому что он воспользовался склонностью людей рационализировать убеждения, отказ от которых обошёлся бы им эмоционально слишком дорого. Именно способность защищать убеждения, в которые много вложено и которые тесно связаны с нашей идентичностью, делает рационализацию мощным когнитивным механизмом, который манипулятор может без труда обратить себе на пользу.
Демократия особенно уязвима для манипуляции
По мнению авторов, рационализация и другие ошибки мышления питают ряд форм политической манипуляции — демагогию, теории заговора, пропаганду. Поскольку манипуляция действует через захват естественных склонностей человеческого мышления, либеральная демократия, основанная на общественном мнении как выражении власти народа, особенно уязвима для манипуляции.
С одной стороны, в свободном обществе манипуляция — более эффективный способ прийти к власти, чем прямое применение силы, поскольку она действует скрытно и оставляет у человека впечатление свободы выбора, а это важная либеральная ценность. Поэтому нередко человек, ставший объектом манипуляции, подчёркивает свою способность мыслить самостоятельно, противопоставляя себя «овцам», которые доверяют мейнстримным СМИ.
С другой стороны, демократия основана на общественном мнении, которому присущи те же слабости, что и человеческому мышлению в целом. То, что действует на отдельного человека, действует и на массы. В постгутенберговском обществе, где публичная дискуссия всё больше ведётся в визуальной форме и формируется всеми, у кого есть доступ к интернету, уменьшилась и роль редакторов, определявших ход публичной дискуссии. Общественное мнение демократизировалось, но вместо просвещённого народа, в который верили мыслители XIX века, подняли голову невежество, демагогия и теории заговора.
И всё же книга «Captive minds: a study of manipulation» в целом оставляет надежду, а авторы предостерегают от излишнего пессимизма. Книга призывает не отказываться от идеалов демократии, но указывает, что одного лишь рынка идей недостаточно для защиты свобод людей, поскольку за успешными идеями могут стоять манипуляторы, умело эксплуатирующие ошибки нашего мышления. Необходима постоянная работа, чтобы разоблачать схемы, искажающие наше мышление, и снижать риск того, что люди попадутся на крючок.
